Проблемы классификации криминального рейдерства как разновидности мошенничества

Несмотря на изменения, внесённые в уголовно-процессуальнуюбазу, в ряде случаев всё же не удаётся направить в судебные инстанции дела по так называемым «криминальным атакам рейдеров». Причина – сложность квалификации данного деяния с точки зрения буквы закона, а конкретнее – неоднозначность в толковании отдельных положений статьи 159 УК РФ. В частности, в данной статье законодатель объединил два разнородных объекта преступного посягательства: материальное благо, то есть, имущество, и право (право собственности на нематериальные активы). Рейдерство же, как явление, ставит своей целью завладение не только имуществом, но и правом на имущество. Другими словами, у следователя, ведущего дело, возникают противоречия относительно квалификации преступного события. Можно ли приравнять завладение правом к хищению самого имущества? – над этим вопросом уже не первый год бьются авторитетные эксперты, но, похоже, что точная и однозначная трактовка рейдерского события станет возможной лишь после внесения дополнительных поправок в ст. 159 УК РФ. Планировать отражение рейдерской атаки лучше с юристами.

Кроме того, проблематичность квалификации криминального рейдерства лежит и несколько в другом русле. Так чтобы определить деяние, как мошенничество, работнику следствия, да и суду, необходимо иметь чёткое представление о том, какие же именно права были отчуждены у потерпевшей стороны в результате намеренных действий «захватчиков». Но как раз размытость границ видов права, зафиксированная в уголовном кодексе Российской Федерации, и не даёт представления об эффективном, чётко построенном, алгоритме действий. К примеру, рейдеры могут не стремиться к завладению активами, а лишь ставить перед собой задачу по перераспределению оперативного управления компанией. При таких исходных, объектом захвата становится право на осуществление распорядительной, административной, хозяйственно-организационной и прочих функций, и отражение рейдерской атаки осложняется бюрократией. Однако статья 159 УК РФ такой предмет уголовного посягательства вообще никак не квалифицирует (по крайней мере, в ней не прописан механизм «полузаконного» преступного перераспределения функций, а только упомянут алгоритм приобретения права путём обмана или злоупотребления доверием). Качественное отражение рейдерской атаки предполагает объективность оценки всей ситуации. Надо сказать, что при определённых обстоятельствах квалификация рейдерства по ст. 159 УК РФ невозможна в принципе, поскольку нюансы незаконного перехода управленческих полномочий в конкретном бизнесе к неуполномоченному лицу/организации уголовным законодательством никак не трактуются и не регламентируются.

 

121170, г. Москва,
Кутузовский проспект, д.36, стр.3, под.3, оф.201.

Телефон: (495) 97-97-400

ASPSсоздание сайтов